Еще чуть-чуть и струны оборвутся,

Я их нарочно, словно нервы натянул,

Играю для позора, пусть смеются,

Я им сегодня в душу заглянул.

А там, неописуемая гадость,

И идолов кадилища горят,

Святыню попирать для них лишь в радость,

Там все живое, в клочья потрошат.

Нет, не родится правда в их утробе,

В зародыше убитая она,

Назначен душегуб пророком в этом cброде,

Здесь чаша гнева Божьего полна.

Они укутаны в красивые одежды,

И скоро воплотятся в патриархов,

Красиво говорят, но нет надежды,

А есть,- дележ по чину иерархии.

Играть для них я сладостно не стану,

Пусть буду дураком в глазах народа,

Но Богу верным быть не перестану,

Такая у священников порода.